Без четверти шесть утра мы были еще там, в моей «шестисотке» -универсале с запотевшими стеклами. Происходило это 27 марта, в день, полный любви и ветра. Солнце взошло ровно в шесть часов восемь минут. Это был день Сан-Джованни Дамашено и Сант-Аугусты Верджине, время страстной заутрени, как явствует из книги гаданий «Барбанера» (стр. 57). Когда я открыл глаза (целуясь, я всегда их закрываю), вокруг нас не было никого, все машины исчезли, только двое верховых полицейских ехали мимо. Птицы уже пробудились. Одни, запрокинув голову, пели среди ветвей, другие кружили в воздухе, словно обезумев от дневного света, затмившего свет городских фонарей. Да, умение целоваться — это искусство.

Какой-то воробей присел на капот моей машины, потом сорвался с места и облетел вокруг памятника Гарибальди, героя нашего Рисорджименто. Строго говоря, на протяжении всей ночи у нас с Мириам был один сплошной долгий поцелуй.

Я не люблю прибегать к каким-то внешним эффектам, чтобы поразить женщину. Предпочитаю классический прием поцелуя. Мириам откинулась на спинку сиденья, точно я ее избил. Глаза у нее блестели, а вокруг них залегли тени, словно у горячечного больного, вид у нее был просто измочаленный. Она смотрела, как я закуриваю сигарету, и попросила дать ей потянуть. Я стал подносить сигарету и к ее губам. Она выпускала облачко дыма и просила еще. Никто не посмел бы отрицать, что в ту ночь между мной и Мириам началась самая настоящая любовная история. Если нет, то что такое любовная история вообще? Я лично понимаю это так, а что будет потом — уже неважно.

Двое верховых полицейских все еще крутились возле памятника и смотрели на нас. А я пытался завести машину. Давай уйдем, а ее здесь оставим, говорила Мириам. Нет-нет, она уже заводится, сейчас поедем. Но машина все никак не заводилась. Мне надо было довезти Мириам до магазина, ведь это ужас — идти пешком в такой ранний час, да еще после ночи, проведенной в машине. Вот увидишь, сейчас она заведется, говорил я, эти машины рассчитаны на страны с суровым климатом, они специально сделаны так, чтобы заводиться на холоде.