Нёма замолчал. Юра с удивлением взглянул на него.

— Все? — сказал он. — Правильно, садись.

— Какая отметка? — крикнул долговязый Волков с задней парты.

— «Оч. хор.», — сказал Юра. — Тише! Что смешного?

— Он тебе «Три мушкетера» рассказывал! — закричал Алданов. — Александра Дюма. А ты уши развесил!

— Сам ты развесил! Иди к доске отвечать!

— Не пойду!

— Пойдешь! Сейчас отметку поставлю.

— Получишь!

— Иди отвечай! — крикнул вдруг длинный Волков. Он не любил Алданова. — Ты ведь больше всех знаешь!

— Не ходи! — крикнул Лесин.

— Иди!

— Не ходи!

Кто-то замяукал. Стоял невообразимый шум.

— Прекрати мяукать! — заорал Юра. — Это ты, Алданов?

— А тебе что?

— Выйди из класса!

— Сам выходи!

— Выйди, а то…

— Попробуй!

— Давай следующий вопрос! — предложил Шура Кацман. — Какие нам Анна Григорьевна давала… «Почему писатель сравнил Гавроша с воробьем?»

«Каким еще воробьем? — подумал Юра. — Причем тут воробей?..» И ему стало вдруг невыносимо обидно, даже в носу защипало: воробей какой-то… Все смеются, некоторые даже грозят…

И тут раздался звонок: тетя Нюра, как всегда, ходила по коридорам с колокольчиком в руке. «Так быстро? Наверно, по ошибке…»

— Так, — сказала Анна Григорьевна и отошла от окна. — Все успокоились… Садись на место, Юра… Запишите задание на дом… Очень хорошо… Следующий урок арифметика. Его прове…

— Я больше не буду! — закричал Юра.

— Его проведу я, — сказала Анна Григорьевна. — Идите все на перемену.

— Отметки считаются? — спросил Васильков.