– Здравствуй, Демьян Федорыч, - обернулся Прокоп. - Ну как обновка? Не жмет?

– Тесновато… - проворчала гадалка, неестественно двигая челюстями. - Худущая-то какая… Каблуки эти… как они на них ходят?!

Хозяин Кладбища, занявший тело Ляли Звездной, решительно сорвал туфли на шпильках, отбрасывая их прочь. Удалось ему это только со второй попытки - в первый раз он схватил только воздух рядом со ступнями. Чужое тело пока еще не повиновалось в полной мере - со стороны несчастная гадалка напоминала марионетку, управляемую нетрезвым кукловодом.

– Неудобно… - пожаловался Григорьев. - И дар у этой тетки совсем крохотный… Все равно что нулевой - дубовая колода и то бы лучше колдовала… Ты получше мне никого не нашел?

– Прости, Демьян Федорыч, у нас в доме она одна такая… Ну ты теперь хоть не шепелявишь.

– Конечно… - проворчал Хозяин Кладбища устами Ляли Звездной. - Попробовал бы сам говорить языком, которого, строго говоря, и нету вовсе… После такого любой… ладно, черт с ним… У меня времени мало - часиков шесть, не более… Пока не растворится…

Прокоп подсыпал гадалке в чай земли с могилы Григорьева. Причем перемешанной с его же прахом. После того, как эта бурда оказалась внутри несчастной женщины, Хозяин Кладбища получил возможность втиснуться в ее тело. И немедленно этим воспользовался.

Но времени у него действительно было немного - этот фокус кратковременный, могильная земля быстро перестает действовать.

– Давай-ка поторопимся, - засучила рукава гадалка.

– Да, Демьян Федорыч, ты уж поторапливайся, скоро выходить… - обеспокоенно посмотрел на стенные часы Прокоп.

В квартире Скворцовых тем временем творилось черт знает что. По стенам низвергались могучие потоки, из всех кранов хлестали настоящие фонтаны, унитаз бурлил подобно джакузи, холодильник плевался, словно настоящий гейзер…

Даже из ваз с цветами текла вода.