Так рассказывает Ривеле. Рассказы Нойаха, естественно, вращаются вокруг трещоток.

– В нынешнем году был особенно большой спрос на трещотки. Нарасхват брали трещотки. Всем только и подавай трещотки, трещотки, трещотки! У меня вчера к полудню не осталось уже ни одной трещотки. А покупатели так и прут, требуют трещоток. «Нет у меня трещоток», говорю я одному покупателю. «Знать ничего не желаю, – отвечает он сердито. – Хоть из-под земли достань, а дай мне две трещотки!» – «Где же, отвечаю, я вам возьму трещотки?» – «А куда, говорит, девались все твои трещотки?…»

– Перестанешь ты, наконец, трещать своими трещотками?… – прерывает Нойаха отец.

Опустив глаза, Нойах наклоняется низко-низко и сморкается под столом. Малышам только этого и надо! Пришел, наконец, и их черед поделиться впечатлениями дня, поведать о своих удачах. Им есть что порассказать, – хватит до самой пасхи. Но до пасхи еще целый месяц, а они смертельно устали, пора отдохнуть.

Малыши улеглись на своем обычном месте – за печью. Как снопы, повалились они на пол и мигом погрузились в сон – блаженный сон счастливых людей, которым выпал на долю радостный и полный удач трудовой день…

7

Золотопряды подсчитывают заработки

Давно уже перевалило за полночь. В глубокий сон погрузились обитатели местечка после веселой и обильной пуримской трапезы. Только два человека бодрствуют и даже не помышляют о сне. Это – наши золотопряды: долговязый Нафтоле и его супруга Ривеле Сластница. Тихо заперли они дверь, занавесили окна и принялись подсчитывать кассу. Надо привести в ясность, сколько денег принесли домой в этот счастливый день все большие и маленькие золотопряды. Супруги считают и пересчитывают и никак сосчитать не могут. То муж собьется с толку, то жена напутает. Они злятся, говорят друг другу колкости.