Из-за занавеса донесся громкий взрыв смеха. Он почти не отличался от прежнего хохота, хотя к_а_к_а_я-т_о разница и чувствовалась.

- Да, так оно и есть,- упрямо и уныло заявила миссис Гласс. Она наклонилась вперед.- А хочешь знать, что я на самом деле думаю. Хочешь?

- Бесси. Бога ради. Ты же все равно мне скажешь, так зачем же ты...

- Я думаю, честное слово,- и это совершенно серьезно,- я думаю, что он до сих пор надеется услышать всех вас по радио, как раньше. Я серьезно говорю, пойми...- Миссис Гласс снова глубоко вздохнула.- Каждый раз, когда ваш отец включает радио, я и вправду думаю, что он надеется поймать "Умного ребенка" и послушать, как все вы, детишки, о_д_и_н з_а д_р_у_г_и_м, отвечаете на вопросы.- Она крепко сжала губы и замолчала, подчеркивая этой неумышленной паузой значение своих слов.- Я сказала: "все вы",- повторила она и внезапно села чуть прямее.- То есть и Симор, и Уолт.- Она снова резко и глубоко затянулась.- Он весь ушел в прошлое. С головой. Он почти н_е с_м_о_т_р_и_т телевизор, когда не показывают т е б я. И не вздумай смеяться, Зуи. Это не смешно.

- Господи, да кто тут смеется?

- Да это чистая правда! Он абсолютно не подозревает, что с Фрэнни творится что-то неладное. Абсолютно! Как ты думаешь, что он мне сказал вчера после вечерних новостей? Не кажется ли мне, что Фрэнни съела бы м_а_н_д_а_р_и_н_ч_и_к? Ребенок лежит пластом и заливается слезами от каждого слова, да еще бормочет б_о_г з_н_а_е_т ч_т_о себе под нос, а твой отец спрашивает: не хочет ли она мандаринчик? Я его чуть не убила. Если он еще хоть раз...

Миссис Гласс вдруг умолкла и уставилась на занавеску.

- Что тут смешного?- сурово спросила она.

- Ничего. Ничего, ничего, ничего. Мне мандаринчик понравился. Ладно, от кого еще нет никакого толку? От меня. От Леса. От Бадди. Еще от кого? Раскрой мне свое сердце, Бесси. Ничего не утаивай. В нашем семействе одно нехорошо - больно мы все скрытные.

- Мне не смешно, молодой человек.