При этих словах Михаил Михайлович нахмурился, но не решился спорить с директором. Только мрачно отвернулся.

- Я знаю своих людей, - продолжал Архипов. - Это не всегда уравновешенные, очень эмоциональные люди, среди которых есть немало талантливых ученых. У них могут быть срывы, разного рода истерики, проявление эмоций. Но психопатов-маньяков среди них нет. Я в этом уверен.

- Тогда кто же убил Хохлову?

-Не знаю. Я настаиваю на версии чужого. Среди ученных такого негодяя быть не может.

- В каком смысле - чужого?

- В любом случае это не человек науки.

-Михаил Михайлович судел не двигаясь. Очевидно, что упрек был брошен сотрудникам охраны. Но он не решился спорить с патроном.

- Тогда это Паша или кто-то из его товарищей - заметил Дронго.

- Я этого не говорил. Почему вы думаете, что у него были" напарники?

- Я сказал товарищи, а не напарники. .

- Какая разница? Почему вы так решили?

- Может, он действовал не один? Архипов посмотрел на своего заместителя, тяжело вздохнул и покачал головой:

- Это почти наверняка был не он.

- Но тогда кто?

- Не знаю. И не хочу гадать. Мне неприятно даже предположить, что я здороваюсь по утрам с этим мерзавцем. Поэтому я и прошу вашей помощи, Дронго. Вы представляете себе атмосферу в институте. Все друг друга подозревают, на всех мужчин смотрят подозрительно. В такой обстановке мы просто не можем работать.

- Журналы появились опять? - вдруг спокойно спросил Дронго.

Архипов вздрогнул и посмотрел на своего заместителя. Тот тоже не скрывал своего изумления.

- К-как вы догадались? - заикаясь, спросил академик.

- Вы сами сказали, что хотели обратиться за разрешением в ФСБ. Но вы этого не сделали. А без их разрешения вы не стали бы мне звонить, это очевидно для любого человека, который вас знает. Журналы появились опять, и поэтому вы убеждены, что ваш бывший охранник, даже скрывший судимость, не виноват, а убийца - кто-то другой. Я прав?