ОРЛАНДО. Спасибо.

ПЕРЕВОДЧИК. Можете начинать.

Юный Великий герцог Гогенцуллер между тем уже надел перчатку и, взяв в руки шпагу, гнет ее, проверяя на упругость.

ВЕЛИКИЙ ГЕРЦОГ (по-немецки). Надо же, интервью! Знал бы он, что мне обо всем известно меньше, чем кому бы то ни было!

Орландо раскрывает свою записную книжку, откашливается и профессиональным тоном начинает:

- Мы слышали, что вы, Ваше высочество, были большим поклонником таланта несравненной Тетуа. И то, что вы... соблаговолили почтить ее память... своим августейшим присутствием, всех очень тронуло. Рассчитывая на вашу необыкновенную чуткость, я позволю себе... попросить вас сказать несколько слов надежды и утешения тем, кто... как и мы, пребывает в полном неведении относительно того, что готовит нам судьба... и чувствует, какой угрозой чревата нынешняя международная обстановка.

ПЕРЕВОДЧИК. Спасибо. (Обращаясь к Великому герцогу, переводит сказанное на немецкий.) Итальянский журналист говорит, что лучшая часть человечества несчастна и, судя по всему, ждет, от вас слов утешения.

ПРЕМЬЕР-МИНИСТР (по-немецки). Вот оно что! Но как именно он формулирует свой вопрос?

ПЕРЕВОДЧИК (Орландо). Он спрашивает, в чем суть вашего вопроса.

ОРЛАНДО. Я хотел бы узнать, как вы, Ваше высочество, расцениваете международную обстановку...

ПЕРЕВОДЧИК (по-немецки). Итальянский журналист желает узнать, что Ваше высочество думает о международной обстановке...

ВЕЛИКИЙ ГЕРЦОГ (по-немецки). Мы все находимся на склоне горы...

Переводчик переводит.

Начальник полиции, стоящий за спиной у Орландо, - своей суровостью и внушительностью он напоминает русского попа - включается в разговор.

НАЧАЛЬНИК ПОЛИЦИИ (по-венгерски). Простите, что я вмешиваюсь, но Великий герцог сказал... не на склоне горы... а на краю дыры... Вот. Ну и дальше...