Ирод Антипа стал нести всякую околесицу, рассказывать о римском после, который приедет к Пасхе и привезет послание от императора Тиберия. «Надо будет оказать ему пышный прием. Преподнесем ему в подарок самую статную кобылу из наших конюшен, ту, белую, с тонкой, как шелк, гривой». Иродиада спросила, не слушая его:

— Что говорил тебе пророк?

Тогда острый и лживый язык Ирода Антипы начал, как лезвие ножа, строгать фразы:

— Он открыл рот только для того, чтобы вылить на тебя море мерзости. Сказал, что ты меня соблазнила в Риме, подбила на подлость, вынудила обмануть моего брата Ирода Боэтуса

Иродиада сказала:

— Дикие бредни, и ты это прекрасно знаешь. Ты сам меня соблазнил, и ты это прекрасно знаешь.

Ирод Антипа продолжал злить жену новыми выдумками:

— Конечно, бредни, но он их повторяет на каждом шагу. Он упрекает тебя в тех же страшных грехах, в каких пророк Иезекииль обвинял Охолу и Охолибу

Иродиада воздела руки к небу и вскричала:

— В твоем присутствии он говорил обо мне такие непотребства, и ты не убил его? Почему ты его не убил, тетрарх?

Ирод Антипа ответил:

— Народ собирается вокруг него и восхищенно внемлет его мерзким речам. Ничего бы я так не желал, как вырвать ему язык, умертвить его, но если я устрою казнь без всякого суда, большинство израильтян встанет на защиту своего мученика, и, хочешь не хочешь, придется вырезать их всех и нарушить мир, который я обещал сохранять. Ни на секунду нельзя мне забывать, что мой жезл тетрарха принадлежит Риму. Рим мне его дал, и Рим может его отнять у меня когда пожелает. Ни на секунду нельзя забывать, что император Август сверг и изгнал отсюда брата моего Архелая

Иродиада сказала:

— Что еще говорил тебе пророк?

Ирод Антипа опять начал сочинять небылицы, всячески стараясь задеть жену за живое:

— Он говорит, что ты пробираешься за полог ложа, где спит евнух Габаза, будишь его среди ночи и кусаешь его жирную грудь, лижешь там, где и лизать-то нечего, и вонзаешь ногти в его мясистые ляжки. Он говорит, что ты велишь доставлять тебе в постель девочек-эдомитянок