Искуситель говорит:

— Если ты Сын Божий, бросься вниз, ибо в псалме Давида сказано: «Ангелам своим (Бог) заповедает о тебе — охранять тебя на путях твоих: на руках понесут тебя, да не преткнешься о камень ногою твоею».

Отвечает Иисус:

— Сначала ты просил сотворить чудо, чтобы я мог утолить свой голод, а теперь просишь у меня знамения, чтобы ошеломить людей. Истину говорю тебе, что желание творить чудеса на благо самому себе — это мошенничество, и вместо чудесных зерен получишь семена плевел. Можно обменять камень на хлеб, чтобы накормить голодного, но никто не утолит чудом собственный голод. Можно вылечить больного и облегчить страдание, но никому не избавиться чудом от своей агонии и собственной смерти. Сила божия — не колдовство во имя себялюбия и спеси. Броситься вниз с храма, и быть спасенным у самой земли ангелами Господними, и тем самым удивить толпы народные — это не божественный знак, а хвастливое деяние чародея.

Иисус смотрит на Дьявола с презрением и добавляет:

— Не всегда тот, кто сверзится с высоты, будет подхвачен ангелами, и ты это знаешь лучше других. Потому что во Второзаконии написано: «Не искушайте Господа, Бога вашего».

Снова сажает его Дьявол в свою сказочную карету, опять следы ее звездами метятся на небесах; мимо проносятся тучи, беременные дождями и молниями; видно, как рождаются и умирают жемчужные рассветы, глазурованные солнцем полудни и черные обсидиановые ночи. Внизу мелькают равнины, приговоренные навечно быть белой сушью; моря, наводящие тоску кровавыми пятнами кораллов и саванами пены; загадочные замки, воздвигнутые кем-то в безлюдной тьме леса. И вот наконец они прибывают на высочайшую гору, с вершины которой открывается великолепие всех царств мира.

Дьявол быстро обращается в благоденствующего и могущественного царя с кудрявой бородой ассирийского властелина, ниспадающей ему на грудь широкой волной. Одет он в длиннополую шелковую хламиду ярко-синего цвета, спускающуюся складками от шеи до пят и позволяющую видеть только острые кончики золотистых туфель.