– Нет-нет. О Боже…

– До Ленгли метро не ходит.

– Чего я там забыла у шпионов? Меня ждут на Judiciary Square - площадь Суда.

– Страшного?

– Возможно. Знаете, где это?

– Водительские права там получал. Без права вождения.

– Что это значит?

– Что перед вами, Айрин, не только не викинг, но человек тотально неадекватный.

– О, знаете… Америка, по-моему, только из таких и состоит.

– Вашими бы устами…

Вот этого она не понимает.

*

Метро здесь не только функционально, оно хроматически продумано. На палевом сиденье девушку мускулистым бедром прижимает к нему, держащему на коленях ее черную сумку. Пассажиры бросают украдкой взгляды. Сначала на сумку с хищником пустыни, потом и на них, ведущих профессиональный разговор. То, что по-русски, – не смущает никого. Правительство Округа Колумбия декретировало столицу США городом шести официальных языков – включая не только испанский, китайский, корейский и вьетнамский, но и амхарский.

Они спешили, но когда выходят в раскаленном центре, оказывается, что напрасно. Слишком рано.

Такой это город. Поскольку столичный, кажется, что большой, но все здесь рядом. Выбор, куда зайти, здесь больше, чем на окраине, и он, намереваясь иллюстрировать свои назидательные речи против эпитетов, затемняющих суть дела, толкает стеклянные двери книжного магазина на углу.

Среди полок, где они теряются, она говорит, что ей нужно в сортир.

Именно так, а не как принято здесь выражаться в подобных случаях. Не в «комнату отдыха».

На второй этаж проложен эскалатор.

И это – налево из прохода мимо стеллажей нон-фикшн.

Хотя уборщик-мулат только еще натягивает, палец за пальцем, свои белые гигиенические, афро-американка в очках-бабочках, нестарая, просто очки такие снова в моде, объявляет навстречу разбежавшимся, что перерыв на санацию – написано вот. И нет, никаких исключений. Работа дамской «комнаты отдыха» возобновится через полчаса.