- До чего забавны эти дети! Но Иветта рассердилась:

- Я никого не собираюсь забавлять. Я просто откровенна. Мюскад мне нравится, а он всегда ускользает от меня Вот мне и досадно.

Сервиньи отвесил глубокий поклон.

- Я больше не покину вас, мамзель, ни днем, ни ночью.

Она в ужасе отшатнулась:

- Ну нет! Только этого не хватало! Днем еще ничего, а ночью вы меня стесните. Он спросил дерзко:

- Почему, собственно?

Она ответила спокойно и смело:

- В дезабилье вы, должно быть, менее привлекательны.

По-видимому ничуть не встревожась, маркиза воскликнула:

- Послушайте, что они говорят! Такая невинность просто не правдоподобна.

- Вполне с вами согласен, маркиза, - насмешливо подхватил Сервиньи.

Иветта поглядела на него в упор и высокомерным, оскорбленным тоном произнесла:

- Вы совершили сейчас бестактность; за последнее время это стало часто повторяться. И, повернувшись, она позвала:

- Шевалье, идите меня защищать - меня оскорбляют!

Подошел худощавый, смуглый, медлительный в движениях человек.

- Где же преступник? - с натянутой улыбкой спросил он.

Она кивнула на Сервиньи:

- Вот он; и все-таки я его люблю больше вас всех, потому что он не такой скучный. Шевалье Вальреали поклонился:

- Каждый старается по мере сил. Возможно, у нас меньше достоинств, но не меньше преданности.

Тут подошел еще один мужчина; этот был высокого роста, с брюшком, седыми бакенбардами и зычным голосом.

- Ваш слуга, мадмуазель Иветта.

- А, господин де Бельвинь! - воскликнула она. И, обернувшись к Савалю, отрекомендовала:

- Мой присяжный претендент, большой, толстый, богатый и глупый. Таких я и люблю. Настоящий тамбурмажор.., от табльдота. Да что это - вы еще выше его! Как же мне вас крестить? Вот как: я буду звать вас господин Родос-младший.., в честь колосса, ведь он, несомненно, был вашим отцом. Но вам, вероятно, есть о чем поговорить друг с другом через головы других людей. До свидания!