Вчера я не видела Миня и уже тысячу раз спрашивала себя, что случилось. Он заболел? Или не хочет меня видеть? А может, Минь, как и большинство его сверстников-студентов, обручен? С чего бы ему интересоваться школьницей?

Сегодня утром его тоже не было на перекрестке. Я злюсь, мне грустно и обидно, я решаю забыть его.

Внезапно мое внимание привлекает треньканье звонка. Я поднимаю голову. Навстречу мне катит на велосипеде Минь. Он кричит:

– Что ты делаешь сегодня после школы?

Против своей воли я отвечаю:

– Играю в го на площади Тысячи Ветров.

– Сходишь туда в другой раз. Приглашаю тебя пообедать.

Он добавляет, не оставив мне времени на возражения и отказ:

– Буду ждать тебя у выхода.

Прежде чем уехать, он бросает мне на колени купюру.

– Это поможет вознице держать язык за зубами.

В полдень я выхожу из колледжа последней. Иду вдоль стены, не поднимая глаз. Миня у ворот нет, я облегченно вздыхаю и сажусь в коляску рикши. Минь возникает из ниоткуда, как призрак.

Бросив велосипед, он проскальзывает рядом со мной на сиденье – я не успеваю даже вскрикнуть. Одной рукой обнимает меня за плечи, другой опускает шторку и приказывает везти нас на холм Семи Развалин.

Рикша бежит по узким улочкам. Пожелтевший от солнца тент защищает нас от нескромных взглядов. Минь тяжело дышит. Его пальцы касаются моей шеи, ласкают волосы, поглаживают затылок. Окаменев от ужаса и незнакомого удовольствия, я сижу, затаив дыхание. Ноги рикши мелькают внизу шторки, мимо пролетают тротуары, собаки, дети, прохожие. Мне хочется, чтобы этот монотонный бег продлился вечность.