— Благодарю вас, — склонил в поклоне голову Коркоран. — Рад был услышать эту информацию относительно вашего города. — Он смотрел на шерифа так спокойно и невинно, что у того снова потеплело на душе, на этот раз от жалости.

— Коркоран, — сказал он, хлопнув себя по колену. — Сдается мне, ты хороший парень.

— Это очень любезно с вашей стороны, шериф.

— И мой тебе совет: садись на свою лошадь, как бы она ни устала, и уноси ноги из Сан-Пабло. Уезжай отсюда, а не то тебе будет очень плохо.

Коркоран хмуро смотрел в пол.

— Если же останешься здесь, — серьезно продолжал шериф, — даю тебе три часа, дольше твоя жизнь в Сан-Пабло не продлится.

— Что вы имеете против меня, шериф?

— Решительно ничего, если не считать покроя твоих штанов. Тебя подстрелят уже за одно то, что твои карманы набиты носовыми платками.

При этих словах Коркоран вздохнул и покачал головой.

— Думаю, вы совершенно правы, шериф, — согласился он. — Но какая жалость, что в мире столько грубых и жестоких людей.

— Я приберу их к рукам, если только повезет, — отозвался честный шериф. — У меня своя игра, Коркоран. В один прекрасный день эти негодяи дождутся, что я их всех арестую, и почувствуют, как я положу им руку на плечо. А покуда уезжай из Сан-Пабло, пережди, пока здесь станет поспокойнее.

— Есть затруднение…

— Какое же?

— Прежде чем я отсюда уеду, я должен выполнить одно поручение.

— Может быть, я могу сделать это за тебя, приятель, а?

— Очень любезно с вашей стороны, — сказал Коркоран, — но дело, видите ли, в том, что поручение это исходило от умирающего человека.