Паштет разложили по тарелкам, и джентльмены за едой дружески разговорились. Дьюсэйс так и расстилался, так и мел хвостом - во всем соглашался с Докинсом, хвалил его вкус, мебель, сюртук, образованность и игру на флейте; послушать его, так на свете не было другого такого фпломена как Докинс; а такого скромного, искреннего и честного малого, как Дьюсэйс, тоже не сыщешь, кроме как на нашей лестнице. Бедный До всему поверил. Хозяин обещался представить его герцогу Донкастеру и не знаю еще скольким вельможам, так что Докинс прямо захмелел от радости. Знаю достоверно (и это очень на него похоже), что он в тот же день заказал два новых костюма на случай знакомства со знатью.

Но самое смешное еще впереди. Как раз в это время по лестнице, с песней, руганью и бахвальством, подымается мистер Дик Блюит. Распахивает дверь к Докинсу и орет: "Эй, До, старина, как живешь?" И вдруг видит Дьюсэйса; тут он разевает рот, бледнеет как известка, краснеет как рак и готов упасть.

- Дорогой мистер Блюит, - говорит мой хозяин, улыбаясь и подавая руку, - рад вас видеть. Мы только что говорили о вашей лошадке. Прошу садиться.

Блюит так и сделал; и стали они друг друга пересиживать. Но куда Блюиту до моего хозяина! Он хмурится и молчит, а хозяин, напротив, любезен. Никогда не слыхал, чтобы он так разливался, такие отпускал шуточки. Наконец мистер Блюит сдается и начинает прощаться; хозяин - за ним, берет его под руку, ведет к себе и все с любезностями.

Но Дик так был зол, что не слушал, а когда хозяин начал что-то рассказывать про герцога Донкастера, Блюита прорвало:

- К черту герцога! Нечего из меня дурака строить! Меня не заморочишь россказнями про герцогов да герцогинь. Думаешь, я тебя не знаю? Тебя всякий знает, и чем ты живешь. Ты метишь на Докинса, думаешь его обобрать; так нет же... (Тут приходится опустить некоторые его выражения.) А когда он их выпустил целый залп, мистер Дьюсэйс сказал этак спокойно: