Они что-то кричали мне вслед, какие-то приветствия, но я не слышал их. Я хотел поскорей уйти, и уходил.

Я знал одно: необходимо убежать от них. Как можно дальше. И был, сквозь застилающую глаза пелену и подступающую темень, рад, что они отпустили меня, что я никогда их не увижу. Я был счастлив… Появившаяся, откуда ни возьмись, свобода переполняла меня. Я готовился умереть, и радовался, что никто на свете не увидит этого.

— Отдыхаете здесь, товарищ капитан? — спросил я капитана, посмотрев на него, с недоверием.

— Тебя жду, — сказал он. — Не ожидал меня здесь увидеть?.. Я его сын.

— Чей?

— Генерала.

Я не поверил сначала. Но капитан всегда говорит правду. И — здесь. Такая неожиданность… Недоступная пониманию рядового.

— Значит, он существует?..

— Да, — сказал капитан и посмотрел на меня. — Он знает о тебе.

— Обо мне? — поневоле как-то, усмехнулся я.

— Я доложил ему, что у меня появился странный солдат, ты, который утверждает, что он — мой друг… Ведь ты не врешь?

Я не ответил капитану. Во мне запахивались двери, я вытягивался по стойке «смирно». В голове крутились две фразы: «так точно» и «никак нет». Остальные не имели значения.

— Я открыл калитку… Чтобы ты пришел ко мне в гости. Ты ведь за этим собирался сюда?

— Нет… — сказал я. — Да вы и сами знаете.

— Ты пришел ко мне в гости, — сказал капитан строго, ставя точку. — Это, есть часть твоей службы. Все, что ни происходит с тобой здесь, часть твоей службы… Запомни. Вопросы есть?

— Никак нет, — отозвался я.

— Ведешь дембельский календарь? — вдруг спросил капитан.

В его тоне проскользнула ирония, он все знал обо мне… Ему-то какое дело, есть он у меня или нет.