- А если это не те - ляпнул шеф.

- Ты что такое говоришь! - закричал майор, от его благодушия не осталось и следа. - Ты ж сам сказал: в новых телогрейках, в новых болотных сапогах, без патрон, стриженные и бритые...

- Про новые вещи я ничего не говорил, - ответил шеф, - я не рассмотрел в темноте - новое или старое на них было одето. И про стрижку ничего не говорил - в шапках они были.

Майор вновь покрутил наши паспорта:

- Вообщем так, подождите пока в коридоре, сейчас решим это дело.

Мы опять отошли на исходную позицию, дверь закрылась. Майор консультировался по телефону минут пятнадцать, затем сам пригласил нас обратно в кабинет.

- Так. По поводу уголовников, это были именно сбежавшие зека, поскольку в городе за прошедшие сутки никто не пропадал. Во-вторых, вы все пятеро сегодня же отбываете в Москву...

- Так конец августа, школьники со студентами... Билетов раньше чем через две недели - не будет...

- О билетах я позабочусь, - майор хлопнул пухлой рукой по столу, - это не ваши проблеммы. А сейчас каждый из вас напишет свидетельские показания в произвольной форме - кто что видел в тот вечер, особо нужно выделить приметы преступников, и даст расписку о неразглашении. Потом получите паспорта и можете быть свободными. Бумагу и ручку возьмете у дежурного. Все. И чтоб к вечеру и духу вашего не было в Салехарде...

Уже сидя в самолете, что само по себе было необычным, ибо мы как-то привыкли к поездам, а у органов, видимо, иное мнение, у нас опять зашел разговор про ту пару охотников.

- А может и вправду это уголовники - негромко спросил студент Игорь начальника.

- Откуда я знаю? - рассержено ответил тот.

- Не, - с сомнением в голосе произнес Волнухин, - какой смысл бегунам на восток драпать? Куда? В глухую тайгу? Настоящие уголовники должны были на Лабытнанги рвануть - там и железка, и Урал под боком, а совсем не в нашу глухомань. Да и кто их до понедельника хватится? А сегодня еще только суббота...