— Я не умею по другому.

— Пойми: противно… Ты наверное думаешь, я богатство?

Сокровище Али-Бабы?.. Ты не способен доставлять удовольствие. Со своими телячьими нежностями. Другие рычат, когда накидываются на меня.

— Другие?

— Конечно. Или думаешь, это ты лишил меня девственности? Когда-то… И заставил родить? Чтобы тут же испариться?

Она приподнимается на локте и смотрит в темноту, на Алексея.

— Дьявол… Ничего не хочется… В постели с мужиком и ничего не трепещет. Дожила… Скажи: я тебя люблю.

Алексей молчит. Она ждет, но он не говорит этих слов.

— Ладно. Скажи: ты мне нравишься… На худой конец.

Алексей молчит, она не может дождаться от него и этих слов.

— Хорошенькие дела… Скажи: я хочу тебя, тварь.

Опять пауза, но теперь Алексей отвечает. Ровно, будто бесстрастно, но голос его слегка дрожит. Словно бы он совершает преступление:

— Я хочу тебя.

Зоя падает на постель, смотрит в потолок. Она сгибает в коленях ноги, гладит себя. Тело ее начинает едва заметно трепетать.

— Я ненавижу тебя… Зверь!.. О, не надо! Не трогай меня, не прикасайся!

Алексей кладет ей руку на грудь. Его темные пальцы на груди, они едва прикасаются к ней.

— О, о, о!!! Дай мне почувствовать твою тяжесть!.. Ненавижу.

Но жест Алексея не возбуждает ее, скорее успокаивает. Трепет незаметно стихает… Она садится на постели, не замечая его упавшей руки. Говорит трезво:

— Ничего… Ничего не выходит, понимаешь?!. Зажги свет.

Вспыхивает ночник. Он уютен и неярок. Рядом с ночником дамская сумочка, Зоя тянется к ней.

— Во что я вляпалась… — говорит Зоя. — Ты-то зачем со мной спишь? Тебе-то от этого какой кайф?

Открывает сумочку и достает дамскую пудреницу. Она полна /под подкладкой/ белого порошка. Тут же малюсенька лопаточка. Мерка… Зоя начинает внимательно отсыпать дозу. Она не слышит Алексея.