— У тебя рождение, Алексевна? Вот не знал. Поздравляю. Давай бог здоровья, как говорится, богатства и хорошего жениха.

— А богатства зачем? — рассмеялась я.

— Сама золото, — подхватил он. — Высшей пробы, как говорится.

— А ты откуда знаешь? — расхохотался Иван.

Людвиг смутился, мельком взглянул на Раису.

— Где уж нам… султанáм, — пробормотал в сторону.

— Что? — невнятно обеспокоилась Рая, но он уже замолчал и направился к двери.

Спасая положение, я бросилась к нему.

— А за хорошего жениха благодарю от души, от души, от души, — и расцеловалась с мастером.

— Горько, — не по-хорошему сказал Иван.

— Людвиг, — продолжала я, — приходи ко мне на праздник.

Он смущенно развел руками.

— Подарка нет. Знать бы ране, такой бы отгрохал, — он был уже на пороге.

— Нефть принеси, — улыбнулась я.

— Насмешка это. А я бы ничего не пожалел, я бы в город слетал, раз такое дело.

И не успел он договорить, как сильный удар чуть не сбил его с ног.

— Убирайся! — заорал Иван, швыряя на него дверь ногою.

Мастер остановился, схватившись за спину, ожидая разъяснительной шутки.

— Убирайся! — и дверь влетела намертво, и гул прошел по стенам.

Я окаменела. В коридоре шаркали удаляющиеся шаги. Иван сидел, трудно дыша, с тяжелым обезображенным лицом. Опустив голову, я молча ушла к себе.

Ничего-то сегодня не было, ни ложечки, ни… этого. Они уничтожили друг друга. Остается собрать черные палочки и поплакать над ними, вот все, что осталось от воздушных замков моей любви. Как мне жить? Я уже не могу не судить Ивана. Как мне жить?

от Марины 22 декабря

Что же ты молчала, негодница, про день своего рождения? Я бы нашла, чем тебя порадовать, только вчера отослала вам коробку подарков. Теперь не успею, завтра улетаю в Болгарию на горнолыжный курорт. Как видишь, соблазн подействовал. Накупила побрякушек не хуже твоей Раисы, красиво осветлила волосы, не забыла и вечернее платье для новогодней ночи. Смешно? А пропади она пропадом, эта гнилая жизнь, безлюбая любовь! Поеду, развеюсь, имею же я право.