Передо мной стоял высокий мужчина лет шестидесяти. Сердитое скуластое лицо с коротким носом и старомодными бакенбардами делало его похожим на старого вожака стаи бабуинов.

- По-моему, я себе что-то сломал, - проворчал он, потирая плечо.

- Весьма сожалею. - Я отступил в сторону, пропуская нежданного посетителя. - Здание немного осело, и дверь перекосило. Нужно бы ее перевесить, но вот беда: инструментов не достать, - посетовал я и жестом пригласил его в гостиную. - И все же нам здесь не так плохо. Стекла целы, и крыша вроде не протекает. Присаживайтесь. - Я указал на единственное кресло, а сам возвратился на кушетку.

Мужчина поставил на пол портфель, снял котелок и сел, тяжело дыша. Свое серое пальто он расстегивать не стал, впрочем, меня это нисколько не смутило.

- Я прочитал ваше маленькое объявление на стене дома по Курфюрстендам, - пояснил он.

- Неужели? - удивился я. На прошлой неделе я приклеил небольшую квадратную карточку - теперь и содержание-то ее вспоминалось с трудом среди многочисленных брачных объявлений, которыми пестрели стены берлинских зданий, покинутых хозяевами, абсолютно не надеясь, что кто-либо соизволит прочесть ее. Идея принадлежала Кирстен, и надо же, она оказалась права.

- Доктор Новак, - представился мой собеседник. - Я инженер. Инженер-технолог на металлургическом заводе в Вернигероде, который специализируется на выплавке цветных металлов.

- В Вернигероде? Это в горах Гарц, не так ли? - припомнил я. - В Восточной зоне?

Он кивнул.

- Меня пригласили в Берлин прочесть цикл лекций в университете. Сегодня утром в гостиницу "Митропа", где я остановился, на мое имя пришла телеграмма.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить эту гостиницу. Новак помог мне:

- Это одна из гостиниц, устроенных в бункере. - На мгновение мне показалось, что он собрался было подробнее рассказать о ней, но затем передумал. - Телеграмма от жены. Она настаивает, чтобы я как можно скорее возвратился домой.