Ему недолго пришлось ждать своего часа. В родной Финляндии разыгралась война, «освободительная война», и их егерский батальон вернулся на родину, чтобы «помочь своему народу сбросить вековые оковы рабства». Но каково было его удивление, когда он увидел, что их врагами были не кто иной, как простые финские парни, рабочие и торпари, которые «поднялись защищать свои идеи и свое дело и которые хотели уничтожить старый порядок в стране и установить новый, чтобы таким образом добиться свободы, равноправия и благополучия». И вновь его одолевают сомнения, но хоть он и не поверил, что красногвардейцы — предатели народа и приспешники врага, он все же, отгоняя от себя «бунтарские мысли», «вел свой отряд вперед без колебания». А после подавления рабочей революции у себя дома он, охваченный шовинистическим угаром «создания Великой Финляндии», отправляется выполнить свою «освободительную миссию» в Эстонии и Карелии. Однако снова он убеждается, что стал жертвой обмана. В Эстонии он сам оказался в числе интервентов, помогавших местной буржуазии задушить молодую Советскую Республику, а в Олонце оказалось, что почти никто из местного населения и не собирался воевать. Бесцельно проблуждав по болотистым лесам Карелии, «последние освободители Олонца так и вернулись ни с чем, оборванные и изнуренные, изголодавшиеся и жалкие». И унтер-офицер финляндской армии осознал, что «его пылкие мечты о Великой Финляндии охладели, заглохли, а возможно, умерли навсегда».