Интерес Спарк к сверхъестественному связывается у некоторых критиков с ее религиозными убеждениями, что, впрочем, лишено серьезных оснований. Обретение веры, по словам писательницы, «объединило» фрагментарный и хаотичный мир, дало ей определенную систему нравственных ценностей. Аналогичным образом объясняли, как известно, свой приход к католицизму и старшие современники Спарк Г. Грин и И. Во.
Однако отношение Спарк к католицизму неоднозначно. Она вовсе не уверена в том, что принадлежность к католической церкви гарантирует высокие нравственные достоинства личности. Одним из самых остросатирических образов в «Утешителях» оказывается ревностная католичка Джорджина Хогг, беззастенчивая стяжательница и ханжа, получающая наслаждение оттого, что доставляет неприятности другим людям.
И в последующих книгах Спарк немало отталкивающих и откровенно сатирических образов правоверных католиков. Очень многозначительно звучит признание новообращенной католички Сэнди («Мисс Джин Броди в расцвете лет»), что в лоне католической церкви она «обнаружила немало фашистов, гораздо менее приятных, чем мисс Броди».
Спарк-католичка вовсе не уповает на высшую силу, будто бы способную изменить человека, исправить его пороки. Писательница пристрастна и требовательна к человеку — она знает, что многое зависит от него самого. Следование нормам религиозной морали налагает на Кэролайн Роуз тяжкий груз ответственности, в то же время другой персонаж «Утешителей» — как и она, новообращенный католик — считает: «Католиком быть прекрасно потому, что жизнь очень облегчается. Спасение души дается без труда, и можно жить счастливо».
Неоднозначное отношение Спарк к тем, кто исповедует ее религию, отчасти объясняет разницу в восприятии ее произведений читателями-католиками и теми, кто незнаком с современными проблемами католической теологии и церковной практики. Некатолику в самом деле трудно оценить сложность любовных отношений принявшей католичество Кэролайн и порвавшего с религией Лоуренса Мандерса. Столь же нелегко некатолику увидеть в силе характера и мужестве Джин Тэйлор («Memento mori») нечто большее, нежели просто привлекательные черты ее личности. И так до конца и не ясно, почему столь откровенно непривлекательна истовая католичка Дотти («Умышленная задержка»).