Я выпущу их?

Запросто!

Только ты должен сидеть тихо и не шуметь. Подвинь ближе лампу.

Он развязал мешок, встряхнул его и вернулся на свое место. В молчании Аллал наблюдал, как длинные тела осторожно выползают на свет. Среди кобр были и другие — с такими тонкими и совершенными узорами, что их, казалось, нанесла рука мастера. Одна золотисто-красная змея, лениво свернувшаяся посреди пола, была особенно прекрасна. Глядя на нее, он ощутил огромное желание владеть ею и постоянно иметь при себе.

Старик продолжал рассказ. Я всю свою жизнь провел со змеями, говорил он. Я мог бы тебе о них много чего рассказать. Ты знаешь, что если давать им маджун, их можно заставить делать все, чего тебе хочется — не произнося при этом ни слова? Клянусь Аллахом!

На лице Аллала выступило сомнение. Нет, не в истинности этого утверждения сомневался он, а, скорее, в том, сможет ли он сам применить это знание.

Поскольку именно в этот миг ему в голову пришла мысль на самом деле забрать себе змею. Что бы ни пришлось сделать, делать это нужно быстро, думал он, ведь старик утром уйдет. Неожиданно его охватило нетерпение.

Убери их, чтобы я приготовил ужин, прошептал он. Он сидел и любовался ловкостью, с которой старик брал каждую змею за голову и совал в мешок. Однако, двух снова бросил в корзину, и одной, заметил Аллал, была красная. Ему чудилось, что он видит, как сквозь плетеную крышку сияют ее чешуйки.

Занявшись приготовлением еды, Аллал старался думать о другом. Но поскольку змея никак не выходила у него из головы, он стал придумывать, как ее заполучить.

Присев на корточки над огнем в углу, он смешал немного пасты из кифа с молоком в миске и отставил в сторону.