– Послушайте, Грета…

– Грета еще не встала. Вы перепутали.

Никакие усилия не помогли Брентгану вспомнить ни девушку, ни маленькую гостиную ярких тонов с роскошным трюмо и с концертино на низком столике рядом с конфетной коробкой, полной окурков. Запах вина и духов угнетал Брентгана.

– Послушайте, – сказал он, – со мной произошла дикая вещь. Я ничего не помню: ни вас, ни эту квартиру. Но мне сказали, что я был здесь…

– Да. – Девушка мрачно смотрела на посетителя; она испугалась. – Но вы не были со мной. Также и с Гретой. У вас что-нибудь пропало?

– Не был?! – вскричал Брентган, схватив ее руки. – Не был? Говорите, говорите! Я хочу знать правду. Правду о себе. Только это! Повторите еще!

– Прочь! – Она вырвала свои руки и отскочила. – Что вы хотите?

Он молчал, и она поняла его.

Ее крашеный рот двинулся неопределенным, жалким движением. Деланно рассмеявшись, она указала на кресло:

– Тут вы спали, и вас ничто не могло разбудить. Эти ваши приятели – дураки. Еще больший дурак – вы. Это они сговорились, – понимаете? – сговорились водить вас за нос. Я слышала.

– Я так и думал, – сказал Брентган, сердце которого одним сильным ударом вышло из угнетения.

– Думал? Тогда вы не приехали бы сюда.

– Сюда? О, это не то… Простите меня. Я не мог представить, что… Но вы понимаете.

– Конечно, я понимаю, – сказала она, вся потускнев и смотря взглядом побитой. – Теперь идите к вашей жене и не беспокойтесь… Ваши приятели… о, они не любят вашу жену. Они говорят, что вы «пресноводное».

– «Пресноводное»? – Брентган весело рассмеялся. – Ну, пусть их…

Его охватила теплая, искренняя признательность к этой девушке с зачеркнутым будущим, которая поняла его состояние и не поддержала глупую травлю.

– От всего сердца благодарю вас! – сказал Брентган, снова беря ее руку и крепко сжимая узкие холодные пальцы. – Вы – благородное существо.