Ответом ему был неожиданный щелчок в нос, нанесенный так метко и зло, что Брентган вскрикнул.
– Зачем вы это сделали? – спросил он, потерявшись и задыхаясь от унижения.
– Уходите! – Она стояла в слезах, обозленная и растерявшаяся до того, что едва не кинулась на него. – Ступайте вон!
Не помня себя от стыда, Брентган вышел, вздрогнул от грома хлопнувшей двери и подозвал такси.
Стыд долго не покидал его. Лишь входя в свою квартиру, Брентгану удалось вернуть чувство веселья и счастья быть невиновным, говоря с Джесси.
IV
Он застал ее в кабинете, на самом верху лестницы, у книжного шкапа. Взяв нужную книгу, Джесси спустилась, опираясь рукой о плечо мужа, и сказала:
– Вот, ты вернулся, и я спокойна теперь. Я знаю, – что-то произошло.
– Да, произошло. Я расскажу, пока еще взволнован, чтобы ты видела, в каком я был состоянии. Оно окончилось. Я был очень… очень пьян. Как животное.
– Да? Печально. – Джесси шутливо покачала головой и, видя, что Брентган затрудняется говорить, положила на его рукав свою руку. – Мне все можно сказать, дорогой Кай. Мой дорогой!
– Да? Конечно. О-о! Ну… Мы были у женщин, знакомых Бутса или Томаса, я не знаю наверное, – быстро говорил Брентган, желая скорее передать сущность, чтобы успокоить Джесси. – Я ничего не помнил. Утром мне сказал Лей. Он и остальные выдумали, что я… не помня себя… тоже. Все перемешалось во мне. Я раздобыл адрес, отправился в то место и узнал от… одной из двух, что все ложь. Оказывается, я проспал ночь, сидя в кресле, и был увезен к Лею бесчувственный.
– Ты боялся, что?.. – тихо спросила Джесси.
– Да, я боялся, что… в таком состоянии мог.
– Разве ты не знаешь себя?
– Знаю.
– Как же ты мог бояться?
Брентган молчал. Приветливая улыбка Джесси ввела его в заблуждение: он мало всмотрелся в ее замкнувшиеся глаза.
– Я тебя не узнаю. Ты ли это, Кай?