Мать Йитры подняла на меня взгляд. Глаза ее закрылись, и она кивнула. Наум не выказывал никаких чувств, однако он медленно сдвинулся с места, чтобы поднять оставшиеся узлы, и с отсутствующим видом потащил их наружу.

— Желаем вам благополучного путешествия, — сказал Иосиф, — а теперь скажите мне, не нужно ли вам чего-нибудь в дорогу. Мы с сыновьями принесем все, что скажете.

— Подожди, — сказала мать Йитры.

Она подошла к сундуку на полу и расстегнула ремни. Вынула сложенное одеяние, похожее на шерстяную накидку.

— Вот, — сказала она, протягивая ее мне. — Это для Молчаливой Ханны.

Молчаливая Ханна приходилась Сироте сестрой.

— Вы ведь позаботитесь о ней? — спросила женщина.

Иосиф казался изумленным.

— Мое дитя, мое бедное дитя, — прошептал он. — Как же ты добра, что в такой миг помнишь о Молчаливой Ханне. Ну конечно, мы позаботимся о ней. Мы всегда будем о ней заботиться.

Глава 5

Когда мы вошли в дом, то сразу увидели Молчаливую Ханну с Авигеей.

Теперь куда бы ни пошла Авигея, Молчаливая Ханна шла туда же, и где бы ни оказались они обе, их сейчас же окружали дети. Сыновья Иакова, Исаак и Шаби, другие мои племянники и племянницы — вокруг Авигеи и Ханны вечно собиралась толпа. Притягивала детей Авигея, она часто пела им, разучивала с ними старинные песни, учила читать отрывки из Писания, иногда читала стихи, которые сочиняла сама, позволяла маленьким девочкам помогать ей с шитьем и починкой вещей — она всегда приносила их в корзинке. Молчаливая Ханна, которая не слышала и не говорила, почти все время была рядом с Авигеей, хотя время от времени, когда у отца Авигеи сильно болела хромая нога, Молчаливая Ханна оставалась у нас, с моими тетушками и матерью.