Учитель строго прищурился. Остальные молчали, уставившись на Иосифа.

— Откуда тебе это известно? — спросил Иосифа учитель.

Ответа он не получил. Вместо этого Иосиф заговорил о другом:

— Нам надо будет многое сделать перед отъездом. С завтрашнего дня мальчикам придется работать с нами весь день. Боюсь, в школу они больше не пойдут.

— Что скажет Филон, когда узнает, что вы забираете с собой Иисуса? — продолжал расстраиваться учитель.

— Какое дело Филону до моего сына?

Это заговорила мама. Ее слова снова вынудили всех замолчать. Я понимал, что здесь все очень непросто.

Некоторое время назад учитель отвел меня к Филону, богатому и ученому человеку, чтобы показать ему своего лучшего ученика. Филону я так понравился, что он даже взял меня с собой в Великую синагогу, такую же большую и красивую, как языческие храмы в городе. В Великой синагоге собирались в день отдохновения все богатые евреи; наша семья никогда туда не ходила. Мы ходили в маленький молитвенный дом на нашей улице.

Вот после того, как Филон познакомился со мной, он и стал поручать нам работу в своем доме: например, просил сделать деревянные двери, или скамейки, или книжные полки для новой библиотеки. А вскоре и его друзья стали давать нашей семье работу, что означало хороший и постоянный заработок.

Когда меня приводили к Филону, он обращался со мной как с гостем.

И даже сегодня, когда мы устанавливали новые двери и переносили свежеокрашенные скамейки из мастерской в дом Филона, я видел его, он специально подходил к Иосифу, чтобы похвалить меня.

Но говорить о том, что Филон полюбил меня, было неправильно, и я чувствовал, что слова учителя неприятны взрослым. Они работали на Филона и его друзей, работали много и тяжело.

Учитель не ответил моей маме.

Наконец Иосиф произнес:

— Разве Филона удивит известие о том, что мой сын возвращается со мной на родину, в Назарет?