Наконец это произошло. Почти сразу же Анфиса почувствовала резкую боль, а потом что-то потекло по ее левой ноге тоненькая струйка крови. Анфиса стерла ее рукой. Саша стал помогать ей двигаться вверх-вниз, а она тихонько застонала. Он хотел что-то сказать, но вовремя понял, что никаких слов уже не надо. И он продолжал стараться делать так, чтобы ей было хорошо, хоть и понимал, что "ЭТО" в первый раз никогда не бывает хорошо.

А она улыбалась, словно ей действительно было хорошо...

Уже целый месяц Саша и Анфиса жили вместе. Часы показывали начало первого ночи, а они, словно две подружки, сидели друг напротив друга на кухне, и пили чай.

- Знаешь, чего бы мне хотелось? - сказал Саша.

- Чего? - спросила Анфиса.

- Хотя бы на шесть дней остаться в пустой квартире, где была бы всего одна кровать, один стол и один стул. Я бы застелили постель белоснежными простынями. Знаешь, такими, которые так сильно накрахмалены, что хрустят. И даже кажется, что они вот-вот поломаются. А потом бы голый лежал на постели, раскинув руки в стороны, словно птица, и смотрел в потолок. Набравшись сил, я бы вставал, надевал джинсы и майку... Нет-нет! Рубашку. Прямо на голое тело. Без белья. С босыми ногами садился за стол, и писал бы дешевой шариковой ручкой на старой, пожелтевшей от времени бумаге, книги.

Анфиса насупилась.

- Я мешаю тебе? - спросила она, после короткой паузы.

- В смысле? - от удивления Саша чуть не поперхнулся чаем.

- Я мешаю тебе? - повторила свой вопрос Анфиса и поставила чашку на стол.

Саша все понял. Он улыбнулся. Встал. Подошел к Анфисе сзади и нежно обнял ее.

- Глупая. Ты никогда не будешь мне мешать. Я же люблю тебя. Разве ты можешь мне мешать?

- Тогда зачем тебе пустая квартира? - внутри Анфиса давно перестала дуться, но, как и все женщины, знающие себе цену, виду не показывала. - Ты хочешь привести мальчика? Потому что если так, то тебе достаточно просто сказать мне. Мы же договорились, что...