Яна угостили кофе, и тетушка расспросила его о Катрине и поинтересовалась, держат ли они корову или поросенка, холодно ли у них в избе зимой и получает ли он за работу у Эрика из Фаллы достаточно денег, чтобы жить на них, избегая долгов.

Нет, не то, как прошел сам визит, огорчало Яна. Когда он уже просидел некоторое время, разговаривая с Бьёрном Хиндрикссоном и его женой, они извинились перед ним — что само по себе было совершенно справедливым, — сказав, что вечером приглашены на праздник и через полчаса должны ехать. Ян, естественно, понял, что это время необходимо им, чтобы собраться, встал и попрощался.

Но тут тетушка поспешила к буфету, достала масло и сало, наполнила один мешочек крупой, другой — мукой, завязала все это в узелок и вручила Яну. Она сказала, что это маленький гостинец для Катрины. Должна же она получить хоть какое-то вознаграждение за то, что осталась стеречь дом.

Вот над этим-то узелком Ян и размышлял.

Он прекрасно понимал, что в узелке были всевозможные лакомства, о которых они так мечтали каждый раз за едой у себя в Скрулюкке, но взять узелок казалось чем-то несправедливым по отношению к девочке.

Если подумать, он ведь приходил к Бьёрну Хиндрикссону не побираться, а просто навестить родню. Ему не хотелось, чтобы они заблуждались на этот счет.

Вообще-то, он подумал об этом сразу же, еще в доме, но его уважение к Бьёрну Хиндрикссону и его жене было так велико, что он не осмелился не принять этот узелок.

Он вернулся обратно от калитки и положил узелок у угла конюшни, где постоянно мимо ходили слуги, которые просто не могли не заметить его.

Ему было досадно оставлять узелок. Но его девочка не какая-нибудь нищенка. Никто не должен думать, что она и ее отец ходят и побираются.

ШКОЛЬНЫЙ ЭКЗАМЕН