Прибыл новый правитель. Нам не оставалось ничего иного, как уступить ему дом и следовать вместе с моими братьями за гробом Отца в их родные края. Мы дождались зимы, прежде чем отправиться в путь. Длинные цепочки повозок, влекомые лошадьми и волами, тронулись в дальний путь на Север. Женщины, мужчины и дети в полотняных одеяниях и с белыми повязками на лбу, рыдая, вышли из города Инь.
Я навсегда покидала свой город камня и крылатых коней. Навеки исчезли река Лонь и плеск ее вод. До конца дней своих оставляла я любимые рододендроны, камелии, прирученных бакланов, легкие джонки, подпрыгивавшие на волнах между небом и землей. Навсегда скрывались из глаз просторные храмы, запах ладана, просящие подаяния монахини, девушки-рыбачки. Прощай, луна, ты, освещавшая древние битвы, ты, что направляла воинов в ночи безумной скачки! Ты, ведающая тайну моей судьбы, дай мне остро заточенное оружие и благослови!
ДВА
Горизонт все отступал. Дорога ветвилась, и солнечная ее часть убегала все дальше. Рокот волн реки Хань и крики чаек смолкали за спиной. Зелень, лазурь, охра, блеск воды на рисовых полях канули в прошлое. За рекой Хуай холмы стали плоскими, а деревья потеряли листву. Пересохшие русла рек и ручьев иссекли черную, отливающую металлом землю. Поднялся ветер. Казалось, что от его порывов корчатся поля и стонут чахлые колосья пшеницы. Лошади и волы, нагнув головы, сопротивлялись ветру. Младшая Сестра сбежала в мою повозку. И мы, закутавшись в меха, тщетно пытались согреться. Весь день я слушала, как колеса стучат по камням, а завывания северного ветра словно бы выдували из головы все мысли. Сердце мое ожесточилось, и я больше не плакала.