Царство, где безраздельно правил Отец, делилось на две части: Внешние покои были в полном распоряжении мужчин. Те, кто ведал продовольствием, секретари, счетоводы, повара, рассыльные, слуги, конюхи и стражники сновали там с самого рассвета. Чиновники и воины, получив распоряжения Господина, вскакивали на лошадей и отправлялись в путь. Отряды солдат целыми днями занимались воинским искусством в Боковом дворе. Этот сугубо мужской мир кончался у пурпурных ворот, ибо за ними была Женская половина. За высокой белоснежной стеной обитали сотни женщин: старых, молодых, девочек. Все они носили украшенные цветами высокие прически и нефритовые кольца на шелковых поясах. Шел восьмой год эры под девизом «Воинской Доблести»,

Мать одевалась очень строго. Легкого ее покашливания хватало, чтобы добиться повиновения, а единый взгляд означал приказ. Ей было от природы свойственно изящество. Мода проходила, как жизнь бабочки-однодневки, а Мать сохраняла вечную весну. Ее клан Янь из удела Хоньнянь принадлежал к числу тридцати благороднейших семейств Империи. Дочь, племянница и сестра Главных Советников, родственница государственных супруг, а также близкая родня самому Сыну Неба, Мать носила чувство собственного достоинства, как драгоценность, покров или ореол. Она щедро одаривала монастыри и распределяла пищу среди бедняков. Будучи страстно верующей буддисткой. Мать никогда не ела мясного и оставалась равнодушной к мирской суете. Переписывая сутры каллиграфическим почерком, она мечтала приобщиться к царству Наивысшего Блаженства Будды Амиды — Того, кто лучится неисчислимыми потоками света.

Мать была холодной, тактичной и спокойной. Ее отстраненная и непроницаемая безмятежность наводила меня на мысль о нефритовом диске, подвешенном над моей колыбелью. Я жаждала достучаться до Матери.