Но ребенок не торопился на свет. Встревоженный император приказал Совету астрологов снова изучить звезды и определить по внутренностям свежезабитых кур, родится ли у него сын. Увы, звездочеты видели неясные знаки: ребенок мог быть мальчиком, а мог и не быть. Не исключалось, что супруга родит близнецов, мальчика и девочку, и в этом случае девочку придется убить, чтобы она не тянула соки из своего царственного брата.

Проходила осень. Придворных врачей все сильнее беспокоило здоровье супруги. Беременная была измучена ожиданием, она выглядела еще более хрупкой, чем раньше, и не могла ни есть, ни спать, боясь, что не сумеет разродиться. Как-то раз Ехонала хотела ее навестить, но не была принята. Слуга-евнух объяснил, что Сакота слишком слаба и ей не следует никого видеть. Ехонала ушла в тревоге. Неужели Сакота настолько слаба, что не в силах повидаться с ней? Впервые она пожалела, что кузина знает о ее памятном свидании с Жун Лу. Хотя известно ей было только, что Жун Лу приходил в спальню Ехо-налы, этого было достаточно, чтобы уничтожить соперницу. Рука Сакоты слаба, но тайной воспользоваться мог более смелый, пока неизвестный враг. Увы, теперь Ехонала знала, что во дворце плетутся интриги, и надо быть сильной и хитрой, чтобы не попасть в расставленные сети. Никогда, ни при каких обстоятельствах она не вложит в чужие руки тайны, которая может обернуться оружием против нее.

Шли дни, томительные дни, и все знаки были плохие. Со всех концов империи приходили тревожные вести. Длинноволосые китайские мятежники захватили южную столицу Нанкин, и много людей было убито. Эти головорезы бились настолько яростно, что императорские солдаты не смогли выиграть у них ни одного сражения. Отмечались и другие недобрые знаки. На город налетали буйные ветры, ночное небо пересекали кометы, и из разных мест приходили слухи о рождении близнецов и уродов.

В последнюю полночь восьмого лунного месяца разразилась гроза, которая перешла в тайфун, более подобавший южным морям, нежели сухим северным равнинам, где стоял город.