— Боюсь, что нет. Однако, если я чем-то могу быть полезен в отсутствие мистера Фуллера…

— У меня к нему был разговор… э-э-э…

— Вы можете сообщить мне все, что хотели, и я передам ему при первой возможности.

— Нет-нет, спасибо, — ответил Ринд и услышал где-то вдали громовой раскат. — Я думаю, все и так обойдется.

— Бросьте, мой мальчик. — На лице собеседника отразилась искренняя озабоченность. — Вы проделали такой дальний путь из… Простите, откуда вы? Из какой части Шотландии?

— Из Сибстера, под Уиком.

— О, это далеко на севере… Немалое расстояние. Так что, прошу вас, выкладывайте.

Но Ринд, понимая, насколько сложным получится разговор, уже решил, что непременно соберется с силами для нового визита.

— Вы очень любезны, сэр; буду весьма признателен, если вы просто передадите мистеру Фуллеру, что Алекс Ринд был чрезвычайно разочарован, когда не застал его в музее, и был бы ужасно…

— Алекс Ринд? — Соломенно-желтые брови лысого человека удивленно выгнулись. — Александр Генри Ринд?

— Ну да.

— Автор… дайте-ка вспомнить… «Ранней шотландской истории и ее представителей» в «Ретроспективном обзоре»?

— Ну да, — изумился Ринд.

— И «Результатов раскопок на севере Шотландии»?

— А… ну да, это я. Но как же… Хочу сказать… — Молодой человек недоверчиво покосился на остальных. — Сэр, вы, должно быть, серьезно интересуетесь археологией, если читаете подобные тексты.

— Признаться, я и в самом деле немного увлекаюсь этой наукой.

— Тогда… Надеюсь, вы извините меня за то, что не имею… не имею чести знать…

— Прошу прощения, мой мальчик.

Собеседник протянул ему руку и уже собирался представиться, как вдруг со стороны Елизаветинского зала послышался оглушительный грохот: это рухнула гипсовая колонна. В наступившей затем тишине, покуда все глазели на повреждения, мужчина с лысиной улучил момент, чтобы выскользнуть из толпы и увлечь Ринда в сторону для более уединенной беседы.