Можно ли назвать злом вирус, который не спеша продвигается по пути симбиоза?

«Если бы вирус стремился достичь обоюдного равновесия с клетками носителя, последний вряд ли опознал бы постороннее присутствие как вирус».

Вот я и думаю: вдруг слово — точно такой вирус? Доктор Курт Унру фон Штайнплатц выдвинул интересную теорию касательно происхождения и истории вируса слова. Он утверждает, будто слово вначале было вирусом, вызвавшим в организме хозяина «биологическую мутацию», которая передалась потомству на генетическом уровне. Есть теория, предполагающая, что обезьяны не разговаривают из-за строения гортани. По утверждению фон Штайнплатца, подобная мутация изменила гортань. Как нарочно! Многие особи, возможно, погибли от инфекции, однако определенное количество самок уцелело, дабы произвести на свет «вундеркиндов». У самцов организм жестче и сильней, а потому вирус в нем приобретал наиболее страшную форму, вызывая смерть от удушья и перелома хребта.

Вирус раздражал сексуальные центры мозга, и у жертв инфекции наступало сексуальное безумие. Самцы оплодотворяли самок в предсмертных конвульсиях, передавая измененные гены будущему потомству. Ach, Junge 

Создание Адама, райские кущи, обморок Адама, когда Бог создал Еву из его ребра, запретный плод (вот он, первый информационный скандал: познание всякой мерзости) — все это идеально вписывается в теорию дока фон Штайнплатца.

Данный миф белой расы рождает предположение: вирус слова приобрел особенно зловещую, смертельную форму в организме белого человека. Причина? Скорее всего радиация. Опыты, проведенные на животных и насекомых, показали: доброкачественных изменений радиация не вызывает. Но те опыты ставились на существах автономных. А как насчет вирусов? Может, проводятся какие-то сверхсекретные эксперименты? Вдруг у вирусов радиация вызывает именно доброкачественные мутации? Вирус-мутант мог бы запросто нарушить древний завет всех вирусов — стремиться к симбиозу, обоюдному равновесию с организмом носителя.