-- Ты склонен хаять все советское, это необъективно. А как же автомат Калашникова?

-- Калашников -- достижение изобретателя-самородка, которое система присвоила. Но к делу. Нефтяные деньги появились в ситуации, когда СССР все больше отставал в гонке вооружений: из-за экономической слабости, из-за неумения создавать сложные системы, из-за смехотворного уровня советской электроники и компьютеров. Вожди решили, что все это можно купить, иными словами, можно выиграть гонку за счет одних денег. Оборудование и материалы из-за рубежа потекли рекой, в первую очередь в военные отрасли, но фактически повсюду: отрасли с мирными вывесками все равно работали на войну. Чтобы дать тебе представление о масштабах и не нарушать секретности, приведу пример цементной промышленности, где половину мощностей заменили на импортные. Импорт царил повсюду. Разрешили ставить покупную электронику и материалы в оборонные проекты, или, как они говорят, изделия. Прежде сие строго возбранялось: откуда, мол, будете получать запчасти во время войны. Теперь все стало дозволено. Престарелые вожди размечтались о мировом господстве. Им, как старухе в пушкинской сказке, мало теперь было паритета с Америкой, нет, оченно хотелось переплюнуть дядю Сэма, произвести больше ракет, больше боеголовок. Системы наведения не грешат точностью, ракеты в большинстве на жидком топливе, на луну лететь не получается, возьмем устрашающими числами. Снова победила российская слабость: наша дура выше всех. И вот когда у ВПК страсть к приобретению достигла апогея, нефтедоллары пошли на убыль. Нефти в мире оказалось предостаточно, появились новые поставщики, как Англия и Норвегия, что ты и без меня знаешь. Политика безудержного импорта повисла в воздухе, планы завоевать Америку с помощью долларов пришлось оставить.