- А у вас что слыхать?

- Ничего, так, спасибо.

- Пишете?

- Пишу...

- Читал недавно, что у вас книжка вышла.

- Было дело

- Где ее можно достать?

- В книжном магазине.

- Обязательно куплю.

- Хорошо.

Я ведь знаю, что не купит, что его это совершенно не интересует и интересовать не должно, да и не может. Он пьет кофе, мутным взглядом глядит куда-то, курит мои папиросы, критикует правительство, говорит, что времена нелегкие, сетует, что "в его деле паршиво", спрашивает, что я думаю о Пилсудском ("да в общем-то, как сказать..."), выражает уверенность в плодотворности торговли с Россией, высказывает дельную мысль, что литературой прожить, наверное, трудно, наконец, просит записку, чтобы дали контрамарку в театре.

Пишу торопясь и говорю, что следует поспешить.

- Это почему? Ведь сейчас только четыре...

- да, но пока дойдете...

Ушел.

Это был знакомый, у которого к вам "нет дела". Но есть знакомые, у которых "дело есть". Они не менее ужасны.

- Кстати же я вас встретил! Знаете, организуется театр, что-то вроде "Синей птицы"... Есть деньги, помещение, разрешение, труппа, все. Нужен репертуар...

Или:

- Организуется журнал... Который, знаете ли, сгруппировал бы и т. д.

Или:

- Здравствуйте! Чудно, что я вас встретил! У меня дело к вам. Моя кузина тяготеет к литературе, знает языки, может переводить. Очень способная барышня. Нет ли у вас чего-нибудь для нее...

С места заявляю, что ничего нет.

- Ну а вдруг! Давайте-ка на всякий случай я запишу ваш телефон, а вам оставлю свой, и, если вы что-нибудь узнаете

Начинаются поиски карандаша, бумаги и т. п. мучительство.

Театра и журнала никогда не будет. Знакомый об этом знает. Но все-таки пристает. Кузине с языками следует выйти замуж. Знакомый знает и об этом. Но все-таки морочит голову.