
Очутившись внутри, он с удивлением обнаружил, что у здания не было крыши, над головой было только небо и раскаленное солнце. В стенах по кругу были выстроены шесть топок, над каждой из которых колебался жаркий воздух. К ним подошел человек в сером от пепла халате.
— Все проверили? — спросил он.
— Проверили. — Распорядитель кивнул и протянул бумагу.
— Хорошо. — Мужчина сделал знак рабочим:
— Загружайте.
Рабочие подошли к ближайшей топке и отправили в нее гроб, потом повернулись и вышли из здания. Распорядитель взял журналиста под руку и подвел поближе к топке. Гроб стоял на почерневшей от копоти стальной решетке, под которой виднелось что-то вроде сетки из тонкой проволоки.
— Будете ждать, пока сгорит? — спросил распорядитель.
Журналист кивнул.
Мужчина в сером халате наблюдал за ними.
Распорядитель тронул журналиста за рукав.
— Он ждет десять песо за работу. Таков обычай. Журналист сунул руку в карман и вытащил деньги. На закопченном лице человека сверкнула белая полоска зубов.
— Спасибо.
Он сделал им знак рукой, и журналист с распорядителем отошли к дальней стене, а человек в сером халате начал раздувать меха.
В топке послышался легкий шум, быстро перешедший в гудение. Казалось, что в этом маленьком пространстве грохочет гром, но пламени все еще не было видно. Гроб почти сверкал в волнах горячего воздуха. Затем человек возле топки внезапно нажал на рычаг, и на мгновение показалось, что весь огонь преисподней вырвался наружу.
Журналист почувствовал на лице нестерпимый жар, но лишь на несколько секунд. Пламя спало, гроб как будто превратился в серую пыль, медленно оседавшую в топке.
Распорядитель снова тронул его за рукав.
— Давайте выйдем на улицу и покурим, а он тем временем соберет и вынесет пепел.
Жар солнца показался освежающим по сравнению с жаром, который журналист ощутил внутри крематория. Он предложил распорядителю сигарету, тот взял ее с деликатностью, присущей некоторым латиноамериканцам, быстро щелкнул зажигалкой, поднес ее к сигарете журналиста, потом прикурил сам. Они курили и молчали.
