Второй заседатель. Похоже на то, что он и не собирался его убивать.

Проводник (обнимая вдову убитого). Видишь, я сумел доказать. Он был невиновен! Мне удалось это по счастливой случайности. Дело в том, что, когда он уходил из караван-сарая, я сам дал ему эту флягу. Хозяин- свидетель, что это моя фляга.

Хозяин (про себя). Дурак! Теперь и он пропал.

Судья. Этого не может быть. (Купцу.) Значит, он хотел дать вам напиться.

Купец. Это мог быть только камень.

Судья. Нет, это не был камень. Вы же видите - это была фляга с водой.

Купец. Но я же не мог подумать, что это фляга. У этого человека не было никаких оснований давать мне воду. Я не был его другом.

Проводник. И все-таки он предлагал ему воду.

Судья. Но почему он предлагал воду? Почему?

Проводник. Очевидно, потому, что он думал, что купец хочет пить.

Судьи переглядывается, усмехаясь.

Должно быть, просто по-человечески.

Судьи снова усмехаются.

А может быть, это он по глупости. Потому что, я думаю, он ничего не имел против купца.

Купец. Тогда он, должно быть, был очень глуп. Человек был из-за меня искалечен. И, может быть, на всю жизнь. Рука! Это было бы только справедливо, если бы он решил мне отплатить.

Проводник. Да, это было бы только справедливо.

Купец. За ничтожные деньги он шел со мной. А у меня были большие деньги! Но дорога была одинаково тяжела для нас обоих.

Проводник. Ах, так он, значит, понимает это!

Купец. Когда он уставал, его били.

Проводник. А это все-таки несправедливо?

Купец. Не убить меня при первом удобном случае мог бы на его месте только дурак. Я этого боялся, я ждал этого.

Судья. Вы хотите сказать, вы имели полное право предполагать, что носильщик настроен против вас? Следовательно, вы убили, может быть, и безвредного человека, но только потому, что вы не знали, что он безвредный. Это случается и с нашей полицией. Они стреляют в толпу демонстрантов, в совершенно мирных людей, так как не могут себе представить, что эти люди не собираются стащить их с лошади и устроить над ними самосуд. Полицейские, в сущности, всегда стреляют от страха. А тот факт, что они боятся, доказывает их рассудительность. Итак, все дело в том, что вы не могли знать, что этот носильщик представляет собой исключение?