«Поэты не гибнут, а гаснут, как звезды, И свет их идет сквозь столетья и дали, Порою ночною к нам свет их несется, Который при жизни они расплескали…»

Какое-то время она выдерживала нас в неподвижности, потом скомандовала:

— Теперь смотрите!..

Мы раскрыли глаза и в изумлении увидели: та звезда, про которую загадали, которая была ниже темной полосы ветки, теперь ярко, насмешливо сияла выше, над ней!

— Колдунья, колдунья! — закричал маленький Колька, придерживая штаны, он бросился бежать к деревне.

Мы было рванулись перехватить Горюна, но Искра остановила.

— Сам вернется. Он ничегошеньки не понял!.. А теперь, — приказала она, — распалите костер. И каждый пусть повторит клятву.

Такой вот выдумщицей была Искра. И выдумкам ее покорялись и Серега, и Ленька-Леничка, и я.

В один из дней Искра устроила испытание.

— Хочу знать ваше мужество! — сказала Искра. Где-то она вычитала, что в Африке, в каком-то племени, юношей испытывают на стойкость к боли, прежде чем вручить им оружие. К спине прикладывают сплетенное из веток решето с черными кусачими муравьями, и каждый из будущих воинов должен сколько-то времени выстоять, давая муравьям изгрызать свое тело.

В жаркий полдень Искра привела нас к муравейнику. Крупные рыжие муравьи все были в работе. Огромный лесной дом, сложенный из сухих сосновых игл, угрожающе шевелился от великого множества рыжих спин и голов.

Притихнув, мы молча глядели на муравьиное царство, не смея поднять глаза на Искру.

Искра подошла к подсыхающей без макушки елке, сломила свисавшую к земле лапу, осторожно положила на муравейник. В мгновение весь лесной город грозно заклокотал снующим туда-сюда муравьиным воинством. Еловую лапу вмиг они облепили. Запах едкой муравьиной кислоты защекотал нос.



7 из 76