Александр Вампилов

Исповедь начинающего

Психологический этюд

Коридор редакции. По коридору туда и обратно ходит, напевая драматическую тему из второго действия "Риголетто", молодой человек в черном костюме с бледным лицом. Испачканные в чернилах руки он заложил за спину и нервно шевелит там большим пальцем.

Молодой человек. Ля-ля, ля-ля, ля-ля, ля-ля, ля-ля, ля-ля, ля-ля. (Вздрагивая и останавливаясь.) Не знаю, как я кончу, но начал я плохо... (Снова ходит.) Я проклинаю тот день и тот час, когда впервые сел писать рассказы, мне ненавистны те люди, которые говорили мне, что у меня получается, сколько раз я пытался бросить... (Останавливается.) Но легко сказать "бросить писать!". (Распаляясь.) Можно избавиться от тысячи дурных привычек и приобрести две тысячи хороших, можно стать вежливым, чутким, бескорыстным, можно бросить курить, пить, можно бросить наконец жену, детей, но - бросить писать?! Человек, раз напечатавший где-нибудь рассказ или стихотворение, уже никогда не остановится писать. Это невозможно, так же, как невозможно дураку перестать валять дурака!

(Усмехаясь.) Я аккуратно складываю все это в стол в тайной надежде, что когда-нибудь эти бумаги схватит дрожащая рука исследователя.

Знаете, я болен. Пока я не сплю, меня беспрерывно сосет необъяснимое беспокойство, словно в кармане у меня билет на какое-то прекрасное единственное представление, а время уходит, уходит, и билет пропадает... По ночам мне снятся запутанные сюжеты... и, знаете, я скажу вам больше: для меня и жизнь моя - черновик. Да-да! Черновик, исчерканный, запутанный черновик, в котором не разберется ни одна душа на свете.

(Несколко раз проходит туда и обратно. Грустно.) А обивать пороги редакций, вы думаете, легко и весело? Придешь к иному редактору, принесешь рассказ, а он эдак сквозь зубы: "Ну, что скажете?" Будто я пришел занимать деньги или украсть пресс-папье с его стола. (Останавливается у двери с табличкой "Редактор".)