Теодюлю Сабо было уже не до смеха.
Когда на следующее утро он проходил по селу, все соседи, и друзья и враги, подшучивали над ним:
— Небось, ты будешь церковные хоры отделывать?
Он не мог ничего придумать в ответ и молча злился, ужасно злился.
А насмешник прибавлял:
— Работенка неплохая, — франков двести — триста чистого дохода, никак не меньше.
Еще через два дня все узнали, что работа будет поручена паршевильскому столяру Селестину Шамбрелану. Потом этот слух опровергли. Потом стало известно, что будут переделываться также и все скамьи для прихожан. На эту работу потребуется две тысячи франков, и ходатайство уже подано в министерство. Страсти разгорались.
Теодюль Сабо лишился сна. Испокон веков ни один мартинвильский столяр не получал такого заказа. Потом прошел новый слух. Поговаривали шепотком, будто бы для кюре очень не по душе отдавать эту работу на сторону, но дать ее Сабо он не может из-за убеждений столяра.
Дошел этот слух и до Сабо. И вот с наступлением сумерек он направился к домику кюре. Служанка сказала, что кюре в церкви. Он пошел туда.
Там под надзором священника две прокисшие старые девы, посвятившие себя служению богородице, украшали алтарь к месяцу Марии
Сабо было очень не по себе, словно он зашел в дом своего злейшего врага; однако его подстрекало желание хорошо заработать. С шапкой в руках, он подошел поближе, не обращая внимания на женщин, которые так и застыли на стульях, окаменев от изумления.
— Здравствуйте, господин кюре, — пробормотал Сабо.
— Здравствуйте, господин столяр, — ответил священник, даже не взглянув на него, весь поглощенный созерцанием алтаря.
Сбитый с толку Сабо не находил слов. Помолчав, он спросил:
— Вы, я вижу, готовитесь?
— Да, приближается месяц Марии, — отвечал аббат Маритим.
— Так, так, — проговорил Сабо и снова замолк.
Он уже готов был уйти, так ничего и не сказав, но взглянул на хоры и решил остаться. Он разглядел там целых шестнадцать сидений, которые предстояло переделывать: шесть сидений направо от двери, восемь налево и два возле двери в ризницу. Шестнадцать дубовых сидений! Материалу сюда пойдет самое большее на триста франков, так что, если взяться за дело с толком, можно заработать добрых две сотни.