1) Он устанавливает новый календарь без всякой ориентации на н. э./ до р. х. Никаких святых дней, никаких христианских праздников, никакой больше Semana Santa.

2) В одном только Перу тридцать пять взаимонепонятных индейских языков. Южная Америка представляет собой Вавилон.

Объединяющий язык необходим, но не колониальные языки — испанский и португальский. Боливар решает, что языком Южной Америки будет китайский.

Несколько соображений диктуют этот выбор. На него произвела впечатление невозмутимость китайцев, их тихое самообладание в самых безнадежных и угрожающих ситуациях.

Городок в высоких Андах, мрачное, продуваемое ветром ущелье. Разреженный воздух, как смерть, вставшая поперек глотки. Из низких земляных хижин без дымовых труб угрюмые звероподобные жители выглядывают, глаза красные от дыма. Никаких деревьев, прибитая ветром трава, маленькие плоские полянки, над которыми горы возносятся, как башни из камня и снега. Хозяин единственной лавки на все случаи жизни — старый китаец. Он пробыл здесь много лет, сразу видно. Неженатый и старый, он заполняет ордер на провизию. Все места в мире для него одинаковые. Это тихое обладание собственным космосом может быть отнесено только на счет структуры китайского языка.

3) Существуют также эстетические соображения. Городок на реке в прибрежном Эквадоре, малярийные лица как грязно-серая бумага. По грязной улочке шагает девочка, голая по пояс, черная, как эбонит, с правильными монголоидными чертами, прямые волосы. Негро-китайские отпрыски на полную катушку — вот это да!

Китайские персонажи выглядят лучше на изображениях и на картинках. Его главное соображение — построить экономику путем привлечения бережливых и трудолюбивых китайских поселенцев. Китайскому языку будут учить во всех школах. Названия местностей и улиц будут китайскими.

Совершенно необязательно тащить за собой сквозь джунгли накачанных виски священников. Земли и имущество церкви — конфисковать. Никаких религиозных наставлений в школах. Просто сделать так, чтобы быть католиком стало невыгодно и неинтересно.