
Баронет потрясен; несколько мгновений он смотрит в глаза той, которая, если бы не его безрассудный поступок, стала бы его тещей. И не видит ничего, кроме страха – страха перед этим человеком в монашеской сутане. С отчаянным вздохом и поклоном в сторону сеньоры он поворачивается спиной к ним обоим и выходит из комнаты.
* * *В капитанском салоне «Изабели», все еще стоящей на якоре в бухте Гаваны, майор Лоуренс расхаживает взад и вперед с сигарой в зубах; владелец яхты лежит на диване. Не лежит спокойно и расслабленно, а непрерывно ворочается, словно в боли или нетерпении. Английский баронет страдает от того и другого, и майор Лоуренс пытается утешить его. Но пока тщетно, о чем свидетельствуют отчаянные слова сэра Чарлза:
– Безнадежно! – восклицает баронет. – Все потеряно!
– Ничего подобного, Чарли. В жизни всегда есть надежда; а вы ведь еще живы!
– Нет, нет! Она мертва для мира – и для меня. Ну почему, почему она так поторопилась? Так скоро погребла себя? Ах, почему она так сделала?
– По одной единственной причине: и эта причина должна доставить вам не печаль, а радость!
– Радость!
– Конечно. Вы должны радоваться, зная, что женщина – прекрасная женщина, так любит вас, что пошла на такую жертву. И в том, что она так поступила, виноваты только вы. Мало кто из женщин согласился бы отказаться от мира и его удовольствий ради одного мужчины. Чарли, вам повезло, и это должно утешить вас в такой – да, неприятности, согласен.
– Утешить? Ах, майор, утешить меня может только смерть!
– Вздор! Не говорите о смерти и не думайте о ней. Разве я не сказал, что в жизни всегда есть надежда? Поговорка стара, как сам Адам, но всегда справедлива. Есть возможность и вам доказать ее справедливость.
– Ни малейшей. Я ее не вижу.
– В таком случае вы слепы – слепы, как летучая мышь. Я предвижу возможность того, что вы с мисс Мейсон еще раз обнимите друг друга – вы ведь уже обнимали ее, Чарли? Ну, неважно, прошу простить вольность моей речи. Я хочу сказать, что вижу способ снова свести вас – не в стенах монастыря, но на борту яхты «Изабель».
