В начале 1613 года депутаты съехались в столицу на «первый, — по словам В. О. Ключевского, — бесспорно, всесословный Земский собор с участием посадских и даже сельских обывателей». Перед тем как приступить к важному делу, по стране объявили трехдневный пост — необходимо было всем людям, по замыслам устроителей, очиститься от грехов, накопившихся в годы Смуты.

По миновании поста принялись, благословясь, за дело — обсуждение вопроса о кандидатуре на царский престол. Первое заседание собора состоялось 7 января 1613 года. Сразу же постановили: ни польского, ни шведского королевичей (о втором из них шла речь во времена Второго ополчения) иных, немецких, неправославных вер, а также «Маринкина сына» (сына Марины Мнишек и второго самозванца) не выбирать. Нужен свой, природный русский государь.

На том же первом заседании назвали имя Михаила Романова, сына Филарета. Оно упоминалось в этой связи еще в 1611 году, после низложения царя Шуйского. Михаилу было тогда всего четырнадцать лет. Но его кандидатура, как и боярина князя В. В. Голицына (кое-кто из знати хотел видеть на престоле именно его), не прошла. «Семибоярское» правительство учитывало тяжелую ситуацию — в Можайске стоял С. Жолкевский с войском, в селе Коломенском, невдалеке от столицы, — отряды второго самозванца. Оно предпочло тогда кандидатуру королевича Владислава. Теперь же, к началу 1613 года, ситуация существенно изменилась._

После освобождения Москвы из польского плена выпустили брата Филарета Ивана Никитича Романова, сына Михаила Федоровича и жену старицу Марфу Ивановну. Последние двое уехали в Кострому, поближе к родовому владению Шестовой (девичья фамилия матери М.Ф. Романова).

В Москве, на соборе, в это время накалялись страсти. Образовались группы депутатов, своего рода фракции, и каждая из них предлагала своего кандидата в цари. Раздоры, взаимные обвинения, угрозы, подкуп депутатов и прочие ухищрения сопровождали борьбу за «превысочайший престол».