- Что делать?
- Хозяйва! А хозяй! Открой! - вопили за дверью.
- Я буду охранять квартиру, но ты забери с улицы Веру и всех, потому что через них тебя вычислят быстро.
- А как, как я заберу? Как я выйду вообще?
- Там справа у окна есть пожарная лестница на чердак. Там выход по крышам.
Адик тут же ушел в окно, сказав:
- Я тут сделал ставни из стального прута, закрой их и запри! А то влезут!
Дверь сотрясалась от грохота, но это была двойная железная дверь, тоже поставленная хитрым Адиком.
Художник закрыл решетчатые ставни на всех окнах. Смотреть вниз он уже не мог и решил пока что поработать. Как молния, он кинулся к мольберту и начал писать картину прямо поверх предыдущего: другого холста не было.
Через небольшое время, сделав первый набросок девушки, ее родителей, кота и собак, он открыл окно, распахнул ставни и выглянул: тротуар был пуст, если не считать прохожего с зонтом.
Художник остался жить в своей квартире.
Он рисовал, питаясь остатками крупы, которые нашел на кухне, и прислушивался к крикам на лестнице - а там шла кипучая жизнь, там расположились, видимо, лагерем по всем ступенькам, там пели песни под гитару, там бегали, как кони, маленькие дети, там происходили громкие скандалы, провоцируемые другими жильцами с нижних этажей (художник со своей мастерской занимал нечто вроде чердака). В лифте, видимо, кто-то тоже поселился (судя по крикам), там (судя по скандалам) жил глава этой огромной семьи, и лестничные обитатели то и дело орали:
- В лифте! Он лежит в лифте! Там, на подушке! Ему говори! Он на ковре, Рома!
И громко говорили:
- Рома, эй! Там Рому спроси!
Художник очень живо представлял себе лестницу, сидящих и лежащих новых жильцов: ступеньки спускались как места в театре, а в лифте восседал на подушке, не хуже чем на сцене, Рома в кожаной куртке и с золотым перстнем на грязном пальце. Но это все не касалось нашего художника, он был занят своей картиной: ему казалось, что любимая семья принадлежит ему, он даже мог каждый день менять выражение лица у девушки - она смотрела на него то полуприщурившись, насмешливо, то радостно и нежно. Слепую собаку он сделал пока что одноглазой, так все-таки было лучше. Котову клетку нарисовал попросторнее и так далее.