Принц Жуанвильский, при виде такого разгрома своего войска, вынужден был бежать в Париж с наиболее верными из своих приверженцев, и принц Наполеон остался победителем на поле битвы. Незачем приводить здесь бюллетень, который он обнародовал на другой день, как только он и его штабисты обрели способность писать: орлы, пирамиды, радуга, солнце Аустерлица и т. д. фигурировали в возвании, в котором он сильно подражал своему прославленному дяде. Но главным достижением было вот что: отрезвев, бывшие солдаты Жуанвиля принялись целовать и обнимать своих товарищей из императорской армии и перешли на их сторону.

- Солдаты! - сказал принц во время смотра на второй день после сражения. - Петух - храбрая птица, но далеко ему до орла! Ваше знамя осталось прежним. Наше развевалось на стенах Москвы, ваше - на крепостных валах Константинополя. Оба покрыты славой. Солдаты Жуанвиля! Мы встречаем вас с распростертыми объятиями, как встретили бы и вашего прославленного вождя, который разгромил флот Альбиона. Пускай же и он примкнет к нам! Мы вместе выступим против вероломного врага.

Но, солдаты! От хмеля увяли вчерашние славные лавры! Не станем же больше пить пьянящую влагу нашей родной Шампани. Не забудем Ганнибала и Капую и, прежде чем устраивать кутежи, вспомним, что нам еще предстоит завоевать Рим!

Солдаты! После неумеренных возлияний весьма полезна сельтерская вода. Немного терпения, и ваш император приведет вас на родину этой воды. Французы! Она лежит за Рейном!

Оглушительные возгласы "Vive l'Empereur" {Да здравствует император! (франц.).} прозвучали в ответ на этот прозрачный намек принца, и армия поняла, что законные границы будут восстановлены. Отдав должное храбрости принца Жуанвильского, принц Наполеон покорил все сердца, и это необычайно способствовало успеху его дела. "Журналь де Деба" не знал, кого поддерживать. В одной статье он называл императора "кровавым тираном, убийцей и карманным вором", в другой - признавал, что это "великодушный мятежник, заслуживающий прощения"; а возвестив о "блестящей победе принца Жуанвильского", присовокупил, что это "funeste journee" {Траурный день (франц.).}.