Она легла на кровать поверх покрывала и, закинув руки за голову, принялась мечтать о том, как встретит Рождество в компании с Олегом Арсеньевым.
Спускаясь на первый этаж, она встретила Жукова. Они вместе вошли в столовую размером с футбольную площадку и натолкнулись на Арсеньева.
— Здесь столько места! — восхитился он вслух. — Воздух, воля!
Светлана засмеялась — настроение у нее неожиданно поползло вверх, как ртуть в градуснике горячечного больного. Арсеньев совсем рядом! Вот он, разговаривает с ней, смотрит на нее, показывает ей вид из окна.
— Садитесь поближе, — в довершение всего сказал он и отодвинул для нее стул с массивной спинкой.
Светлана мельком взглянула на Жукова и поспешно села. Хирург, не моргнув глазом, устроился по другую руку от нее. Потихоньку все стали стягиваться на запах. Запах из кухни действительно доносился умопомрачительный.
— Вероятно, повара нам прислали первоклассного, — заметил Арсеньев. — Поэтому есть надежда, что Жанна не выгонит его из дому за какую-нибудь мелкую оплошность.
Не успел он договорить, как Жанна подала голос из соседней комнаты:
— Боже мой! Посмотрите, какая здесь елка! Нет, идите все сюда сейчас же, вы должны это видеть! Идите, идите, не пожалеете!
Улыбаясь, вся компания задвигала стульями.
— Грешно не откликнуться на такой горячий призыв, — пробормотал Грызунов, явившийся к столу в клетчатой рубашке и полосатом галстуке. — Пошли смотреть елку.
Дверь в соседнюю комнату была дворцовая, богато инкрустированная, и художник толкнул ее мощной грудью, разведя створки двумя руками.
— Ах! — воскликнула Ася, ступив на узорный паркет. — Вот это да!
Выглянув из-за ее плеча, Светлана тоже чуть было не ахнула во весь голос. В большущей комнате с зеркальной стеной стояла живая елка — огромная, пушистая, упоительно ароматная, украшенная блестящими серебряными игрушками, сосульками и бантами. Макушку венчала звезда размером с блюдо для торта. Жанна Ольшанская с горящими от возбуждения глазами стояла подле наряженного дерева и ждала, пока восхитятся все до одного — как будто елка была ее рук делом.