III. 20.6–7). По мнению М.-П. Арно-Линде, трудно поверить, что вандалы, как впрочем и вестготы, оказавшиеся на Пиренейском полуострове чуть позже, были для Орозия теми «неведомыми варварами», о которых он пишет в цитируемом отрывке. В то же время Орозий в своей «Истории» не говорит ни о жестокости варваров, пришедших в Испанию, ни о собственных бедах, связанных с их появлением.

Французский исследователь высказал смелое суждение, предположив, что эти варвары не кто иные как скотты, совершившие в 405 г. опустошительный рейд по южному побережью Британии.¹⁴ В результате Орозий оказывался выходцем не из Испании, как всегда считалось, а из Британии. В пользу британского происхождения Орозия говорит, по мнению М.-П. Арно-Линде, также его неравнодушие к Британским островам, которое трудно не заметить, читая географический экскурс, открывающий первую книгу: описание Ирландии, Мэна и самой Британии не ограничивается лишь уточнением их местонахождения в круге земном, как это выполнено в отношении прочих земель Европы. Сделав такое предположение, М.-П. Арно-Линде, опираясь на процитированный выше рассказ из третьей книги «Истории против язычников», создал поистине эпическую историю молодого Орозия, который, якобы, был захвачен на юге Британии, где он жил, в плен жестокими скоттами, увезен ими в Ирландию, где пробыл некоторое время (это дало ему возможность получить подробные сведения об острове), после чего бежал морем, преследуемый врагами, и, в конце концов, обрел убежище на материке, в Галликии, а если точнее, то в Бригантии, которую дважды упомянул в своем географическом экскурсе (Hist. I. 2. 71, 81), что является удивительным исключением для всего описания круга земного.¹⁵