- Да нет, не должны. У них тут коридор, Колян только ниже, чем положено, летит, вот и все. - Так и ниже тоже, небось, нельзя. - Колян хвастал, что он там лучший летчик, на доске висит и все такое. Поблажки-то за это должны же быть? Ну ладно, лезь за руль, крутани еще чуток! А СУ-37 старшего лейтенанта Николая Морозова широким полукругом набирал высоту. Под ним расстилались донские степи, и сам Дон уходил вдаль, изгибаясь широкой темно-синей лентой среди бескрайних, даже с высоты, желтых и коричневых полей, темно-зеленых островков леса и светло-зеленых квадратиков и кругов поливных бахчей. Николай видел залитые солнечным светом холмы, покрытые голубоватой травой, дорогу и лежащих на асфальте ленивых коров, никак не реагирующих на объезжающий их автобус... "Двадцать восьмой, тридцать секунд до задания. Не спи, замерзнешь!" ворвался в наушники знакомый голос. Летчик усмехнулся и привычно окинул взглядом приборную доску, хотя чем-чем, а доской это творение инженерной мысли назвать хотелось меньше всего. Курс, высота, координаты, режимы, готовность... Коротко пискнул сигнал захвата цели, а многофункциональный индикатор (МФИ) потемнел, и вместо символических изображений второстепенных сейчас приборов на нем появилась цветная карта местности, подсвеченная несколькими радиолокационными станциями - одна "своя" и две "вражеские". Кроме того, у противника оказались две зенитно-ракетные установки, их зоны поражения тоже были отмечены светящимся ореолом, слабеющим по краям, где вероятность поражения снижалась. В одной из этих зон был темный провал "враг" по каким-то причинам расположил свои установки на склоне холма, и его гребень создал мертвую зону. "Грех не воспользоваться такой возможностью, - подумал было Морозов, но тут же у него в голове мелькнуло: - Уж слишком это заманчиво, цель прямо туда и заманивает..." Цель, а вернее цели - два ударных самолета "противника", уже выделенных бортовым комплексом на фоне усердно выставляемых помех - неторопливо шли как раз вдоль одного из холмов.