Я попытаюсь развить в нем исподволь тягу к самоубийству и стану единственной наследницей его состояния. А ведь он, кажется, необычайно талантлив. Недаром он день и ночь проводит за работой. Он пишет с меня тысячи лиц: Клеопатру и царицу Савскую, Офелию и безымянную курсистку... Он ловит каждый мой поворот, каждый светоблик на завитках моих волос, каждую ямочку на изгибе мышцы...

Что ж, я ещё отыграюсь и превзойду учителя. Дайте только время.

5

Отчетливо прозвенела трель электрозвонка.

Ольга прошелестела к входной двери, повернула головку замка и впустила в мастерскую низенького, карикатурно толстого человека с большой кожаной папкой в руках.

Добрый день, господин Засурский. Входите.

Спасибо. Я уже вошел. А где наш великий живописец?

Здравствуйте, господин Засурский. Он не сможет поговорить с вами.

Что за чушь! Проходя мимо открытой настежь форточки, я ясно слышал ваш разговор с мужчиной. Вы меня обманываете, майн либе фрау. Неужели господин Циппельзон так переменился? До недавнего времени он был весьма аккуратен и вносил плату своевременно.

Напротив. Я всегда говорю чистую правду. Господин Циппельзон никак не сможет с вами объясниться немедленно.

Чистую или грязную, какая разница. Отбросим-ка церемонии. Вежливость не про нищих. Что вы здесь делаете? А ведь вы вообще непонятно кто. Насколько мне известно, у господина Циппельзона другая жена. Лично я вам мастерскую не сдавал и попрошу соблюдать приличия.

Отвечаю по порядку. Я пришла навестить больного, своего знакомого.

Больного? Значит, мне опять не получить долг, не получить свои законные деньги? Странное дело, ряд лет господин Циппельзон платил аккуратно, а сейчас перестал. Неужели он так тяжко болен, что не может поговорить со мной по делу? Когда бы я ни пришел, дверь закрыта, внутри подозрительное шевеление, а сейчас я застаю вас, совершенно постороннюю (впрочем, извините, я совершенно упустил из виду, что вы - натурщица) и опять не могу решить свой наболевший вопрос.