Эвмей пригласил меня к себе в дом, где он живет вместе с молоденькой дочкой Галатеей, которая помогает ему пасти свиней, готовит еду и чинит одежду. Я переступил порог этого дома впервые: не подобает царю входить в жилище пастуха, и раньше, когда я хотел войти туда, меня удерживали люди из свиты. А теперь, в нищенских отрепьях, я был радушно принят под крышей, где не мог находиться в царских одеждах.

Его хижина с соломенной кровлей сложена из белых камней, скрепленных глиной, но в ней чисто и дым очага не закоптил стены единственной большой комнаты. Пол в хижине глинобитный, а лежанка, предложенная мне Эвмеем, — просто камень, покрытый овечьими шкурами. Утвари в домике мало, но достаточно, чтобы сварить бобовую или полбовую похлебку и поджарить пару кусков мяса. В большой глиняной посудине плавали в рассоле маслины, которыми мы и закусили перед ужином, выплевывая косточки в очаг.

Мне удалось убедить Эвмея, что сам я с Крита, отпрыск тамошнего царя, девять лет сражался под стенами Трои вместе с Одиссеем, а вернувшись на родину и снарядив небольшой флот, вновь пустился в плавание, чтобы достичь Египта и заключить там торговые сделки. Но, сказал я, мои спутники нарушили договор и ограбили меня, и жизнь мне удалось спасти лишь ^благодаря моей богине-покровительнице. Я сказал также, что из той далекой страны меня увезли на финикийском корабле, чтобы продать в рабство. Во время плавания к берегам Фессалии, когда мои надсмотрщики причалили к острову, чтобы поохотиться и запастись пресной водой, мне удалось бежать с корабля и спрятаться в густом кустарнике.

— И вот я здесь, перед тобой, в нищенском рубище, на незнакомой мне земле.

— Это Итака, родина Одиссея, — сказал Эвмей.

Я столько жара вложил в свой рассказ, что меня самого растрогала печальная участь обездоленного и превратившегося в нищего царского сына. Бедняга Эвмей отнесся ко мне очень участливо, и было заметно, что он и дальше слушал бы мое повествование как прекрасную сказку о приключениях, мо я сказал, что прорицатель из меня не получится и чем дело кончится, мне неизвестно.